Обществу граждан - гражданское просвещение

Вспомнить пароль
Запомнить пароль
  Путь : I-forum / / Борис Грозовский: Почему государственный надзор в образовании надо отменить 

Борис Грозовский: Почему государственный надзор в образовании надо отменить

Борис Грозовский: Почему государственный надзор в образовании надо отменить 13 декабря 2016 автор: Грозовский Борис Владимирович

Российская система управления образованием закрывает один из лучших российских университетов – Европейский. Вместо общественного блага Минобр и Рособрнадзор производят общественное зло. Вся созданная российской системой управления нормативная база мешает профессорам и учителям – учить, а ученикам и студентам – учиться. Это прямой вычет из национального благосостояния. Длящийся уже восемь лет скандал с попытками закрыть Европейский университет в Петербурге – отличный повод упразднить два вредных госоргана, провести их тотальную санацию, разом отменить принятые ими нормы.

Когда статья уже была опубликована, ЕУ сообщил: Московский арбитражный суд приостановил распоряжение Рособрнадзора об отзыве у него лицензии на образовательную деятельность. Это маленькая победа – временная передышка до рассмотрения дела по существу. Впереди много бюрократических препирательств и новые атаки силовиков. Несомненно, будут и намеки: а не попросите ли вы профессора Х приумолкнуть и не писать больше про Кремль? А профессора Y – перестать анализировать особенности российской избирательной системы? Впереди долгий бюрократический торг, из которого очень важно выйти, не пожертвовав университетской автономией за возможность преподавать.

Что закрывают

Рособрнадзор, суды, прокуратура, правительство и притаившиеся на заднем плане спецслужбы запретили вести образовательную деятельность Европейскому университету в Санкт-Петербурге – лучшему российскому негосударственному университету, который специализируется на социальных и гуманитарных науках. Вся коллизия достаточно подробно описана в заявлении ЕУ, статье в «Коммерсанте» и колонке Дмитрия Бутрина, показывающей, как чиновники попали в бумажную западню: даже если они не хотят закрывать ЕУ, созданные ими правила не оставляют другого варианта развития событий. Мне, однако, кажется, что проблема несколько глубже и запущеннее. Но сначала надо обрисовать всю нелепость созданной бюрократами ситуации.

Представьте, что US Department of Education закрывает Гарвард, Йель или Принстон. Будет революция! ЕУ – не Чикагский университет и не MIT. Но в этом маленьком негосударственном университете производится:

– добрая половина лучших российских работ в области политической науки (Владимир Гельман, Григорий Голосов, Дмитрий Травин, Олег Хархордин, Иван Курилла, Артемий Магун);

– подавляющее большинство лучших исследований в области анализа и реформирования российской судебной системы и правоохранительных органов (Вадим Волков, Мария Шклярук, Кирилл Титаев)

– очень сильные работы по антропологии, истории, филологии, искусствоведению и критике искусства (Евгений Анисимов, Борис Колоницкий, Михаил Кром, Владимир Лапин, Алексей Миллер, Альберт Бабурин, Николай Вахтин, Илья Утехин, Георгий Левингтон, Аркадий Блюмбаум, Кира Долинина).

К этому нужно добавить захватывающую программу научных семинаров, публичные конференции, лекции и дискуссии, приглашение временными (на семестр или год) преподавателями лучших исследователей из иностранных и российских университетов, очень сильный состав бывших (и временами возвращающихся) преподавателей, а также талантливых выпускников, в дальнейшем работающих в ЕУ, в других российских и иностранных университетах и исследовательских центрах.

Это полноценный университет, интегрированный в мировую исследовательскую жизнь и творящий российскую науку. Таких в России в области социальных и гуманитарных наук раз-два и обчелся: НИУ ВШЭ, МГУ (с известными оговорками), СПбГУ (с еще большими оговорками), Шанинка, РЭШ, РГГУ (судьба его печальна).

Кто и как закрывает

Европейский университет пытаются закрыть с 2008 года. Он расположен в историческом дворце Кушелева-Безбородко: в таких помещениях ты либо разрушаешь объект культурного наследия, либо соответствуешь требованиям противопожарной безопасности и прочим бюрократическим установлениям. Для гуманитариев требования сохранения культуры «старше», объект наследия они не разрушали. Так что поначалу закрывали ЕУ пожарники. Тогда удалось отбиться. Следующие наступления велись Рособрнадзором, и они отбивались во многом благодаря покровительству Алексея Кудрина, входящего в попечительский совет ЕУ. Еще была попытка признать университет иностранным агентом, тоже успешно отраженная.

Нынешнее наступление формально ведет тот же Рособрнадзор, но вдохновлено оно старшими товарищами – прокурорами и обратившимся к ним депутатом Виталием Милоновым. То есть спецслужбами. Сигналы, что ЕУ признан неблагонадежным, подавала и питерская мэрия. Тут уже кудринского могущества может не хватить. Как стало известно 13 декабря, несмотря на путинское поручение разобраться с ситуацией, несмотря на совещание у вице-премьера Ольги Голодец, где обсуждались пути спасения ЕУ, и несмотря на (казалось бы) добрую волю Минобра и Рособра, выхода из возникшей коллизии пока не просматривается. Поручение Путина можно, по обыкновению, трактовать в духе: «действуйте по закону – идет спор хозяйствующих субъектов, вот и разбирайтесь». Это не охранная грамота. Даже Рособр, который сейчас якобы не имеет ничего против ЕУ, не может ничего поделать с решением суда, отклонившего возражение ЕУ на прежние претензии ведомства.

Чиновники боятся повлиять на ситуацию: вроде бы Путин сказал ЕУ спасти, но нельзя же это сделать в обход его величества Закона. А суд сказал, что Рособр прав: нарушения есть. И даже если сегодняшний Рособр не согласен с собой вчерашним, он должен исполнять. У нас же верховенство права! А то, что требования Рособра к ЕУ нелепы, и то, что суд в них не разбирался, не важно.

В итоге занятия прекращены, ЕУ приходится обжаловать действия чиновников в судах, а пока суд да дело – предлагать студентам переходить в другие вузы. Ситуация сопоставима, например, с разгромом Московского университета в 1911 году, когда обострение политической обстановки подтолкнуло царских бюрократов к уничтожению университетской автономии. Тогда университет покинули Вернадский, Тимирязев, Кизеветтер, Кистяковский – около 130 профессоров и преподавателей.

Чем университет мешает власти

Почему ЕУ так мешает чиновникам? Предположение, что дело сугубо в бюрократических придирках Рособра, следует оставить: уж больно упорны восьмилетние попытки убить один из лучших университетов страны. Факторов раздражения несколько. Преподаватели и исследователи ЕУ очень заметны в интеллектуальной жизни страны. Их публицистические статьи часто появляются в ведущих медиа и оказывают серьезное влияние на формирование общественного мнения у той части публики, которая недолюбливает путинский авторитаризм. Через Кудрина и его ЦСР эксперты ЕУ постоянно мешают спокойно жить судьям и правоохранителям. В многочисленных исследованиях они показывают, что российская система умеет только обвинять и сажать, а разбираться и оправдывать невиновных – нет. Наконец, силовикам, как видно из нескольких публикаций о ЕУ в жанре доноса, в принципе не нравится либеральный настрой многих сотрудников ЕУ, сотрудничество с иностранными фондами и университетами, и кажется странным, что «подобную активность поддерживают некоторые наши бывшие государственные мужи, планирующие свое возвращение в коридоры российской власти» – то есть Кудрин. Нечего нам тут с либеральным настроем готовить будущему президенту программу на 2018–2024!

Университетские свободы в России быстро сворачиваются. Несколько ведущих вузов на протяжении последних лет уволили или попросили приумолкнуть конкретных преподавателей и сотрудников, которыми были недовольны чиновники, и даже закрыли раздражавшие власть периодические издания. К ЕУ таких требований не предъявлялось. Думаю, что Те, Кому Надо изначально сочли университет и его руководство недоговороспособными. Или непригодными целиком.

С июля, когда в университете прошла инспирированная Милоновым и прокурорами проверка, ЕУ пытался оправдаться перед Рособром: в виде отчета об исправлении 120 нарушений чиновникам было отправлено 10,3 тысячи листов документации. По 52 страницы бессмысленных документов в расчете на одного студента!

Не помогло: 32 нарушения, по версии чиновников, к осени были не исправлены. В основном потому, что чиновники просто не успели прочитать эти килотонны отчетности. Бюрократов-образованцев волнует, есть ли в ЕУ спортзал (хотя занятий спортом у аспирантов и магистрантов нет), правильно ли представлены сведения об аттестации сотрудников, соответствует ли норме доля политологов-практиков. Очень важно также, прошли ли преподаватели профосмотр и есть ли в университете стенды с антиалкогольной пропагандой. Всего в 2016 году ЕУ проверяли десять госорганов (не считая Рособра), включая МВД! Университет явно подводят под монастырь.

Сейчас проблема в четырех требованиях, среди которых все тот же спортзал, аттестация преподавателей, работающих по срочным договорам, и доля практиков среди преподавателей. Более нелепые предлоги придумать сложно. Но чиновники ничем не рискуют: лучше переблюсти, чем недоблюсти. Если в конце концов суд признает Рособр неправым, никто не будет уволен и никаких наказаний не понесет. Это игра в одни ворота: лучший, но бесправный университет против всемогущего бюрократа, который формально следует нелепой инструкции, не соответствующей здравому смыслу и не имеющей отношения к содержанию образования. А на деле – реализует волю силовиков.

Как изменить систему

Госуниверситеты порождают бессмысленную отчетность, нужную госорганам, на деньги, выделенные государством. ЕУ – на свои. Подсчитать затраты на эту отчетность университетов, школ, детсадов невозможно. Но другой, осмысленной отчетности в российской системе образования практически нет.

Как происходит удушение университетов бюрократией, описывает, например, Евгений Балацкий из ЦЭМИ РАН в статьях «Управленческие парадоксы реформ в университетском секторе» (стр.124–149) и «Новые тренды в развитии университетского сектора». Единственное, чего добилось государство от вузов, – это торжество формализма, бюрократизации: все только и делают, что пишут отчеты. Доля частного сектора в высшем образовании (по числу преподавателей), и до того небольшая, уже упала до 8%. В школьном образовании делается все, чтобы не допустить альтернативных подходов и свести многообразие образовательных систем и траекторий к единой. Внедрение постоянно устаревающих госстандартов порождает постоянный «регулятивный невроз», пишет Балацкий. Попытки заставить ничего не представляющих собой преподавателей заняться наукой привели к росту числа «мусорных» журналов, где они бесконечно ссылаются друг на друга, накручивая цитируемость. Система изо всех сил сопротивляется борьбе с липовыми диссертациями. В вузах ширится административный аппарат, занимающийся только отчетностью, растет неравенство в заработках (за счет сверхдоходов управленцев, которые фактически работают не учеными и не преподавателями, а чиновниками).

В этой системе искать смысл бесполезно. Рособр разговаривает с вузами и сам с собой на таком вот языке приказов, подобающих не образовательному руководству, а солдафонам-ефрейторам:

«Переоформить федеральному государственному бюджетному учреждению высшего образования “Елецкий госуниверситет им. Бунина” свидетельство о госаккредитации… по уровням профессионального образования, укрупненным группам профессий, специальностей и направлений подготовки в соответствии с приложением к настоящему приказу в связи с государственной аккредитацией ранее не аккредитованных образовательных программ. Управлению госуслуг (С.А. Банникову): оформить и выдать организации приложение к свидетельству в соответствии с п.1 настоящего приказа… Контроль за исполнением настоящего приказа возложить на…».

А речь-то всего лишь идет о расширенной аккредитации. Елец тут только потому, что 12 декабря он был последним в списке последних приказов Рособра. К Елецкому университету вопросов нет, а к Европейскому – есть. Госнадзор ведь устроен очень просто. Он нацелен либо на помощь клиентам системы (в данном случае учащимся и их представителям) и отбраковку худших с содействием в развитии середнячков. Либо на убийство лучших. Случай с ЕУ явно второй. Одной рукой отбраковывать лучших, а другой карать худших госнадзор не может в принципе: он моноцентричен, а не шизофреничен. Если у тебя неразрешимые противоречия с ЕУ, значит, ты не найдешь проблем в работе организаций, которые занимаются сугубо бесстыдной торговлей дипломами и диссертациями. И наоборот.

В качестве противоположного примера посмотрите, что делает американский департамент образования. Помогает оценить качество образования – сравнить университеты друг с другом (российские рейтинги этого не делают в принципе, сравнивая апельсины с ботинками). Дает удобную систему оценки стоимости обучения, подбора образовательных кредитов, грантовых программ. Помогает преодолеть случаи дискриминации в получении образования. Публикует обширную статистику (в том числе в формате open data), исследования, доклады о том, как меняется образование.

Наш Рособрнадзор вместо всего этого занимается имитацией контроля над образовательным процессом. На деле он ничего не контролирует, а только собирает бессмысленную макулатуру: лицензирование, аккредитации, проверки, аттестации. Тратя на это очень много наших с вами денег, то есть создавая общественный вред вместо блага. Минобрнауки тоже не до клиентов и их представителей. Оно разрабатывает правила, по которым Рособрнадзор должен имитировать контроль над образованием. Плюс занимается обильной и многообразной фиктивно-демонстративной деятельностью. И решает множество хозяйственных вопросов. О которых тоже говорит ефрейторским языком. Например, таких (название одного из последних документов):

«Заключение комиссии по оценке последствий принятия решения о реконструкции, модернизации, об изменении назначения или о ликвидации объекта социальной инфраструктуры для детей, являющегося федеральной государственной собственностью, заключении федеральной государственной организацией, образующей социальную инфраструктуру для детей, находящейся в ведении Министерства образования и науки Российской Федерации, договора аренды закрепленных за ней объектов собственности, а также о реорганизации или ликвидации федеральных государственных организаций, образующих социальную инфраструктуру для детей, находящихся в ведении Министерства образования и науки Российской Федерации».

Улучшить эту систему невозможно. Ее можно только отменить. Целиком и полностью. Тогда в стране будет больше настоящих университетов – как ЕУ в Санкт-Петербурге. А в противном случае довольно скоро их не будет совсем. Система имитации контроля над образованием может только убивать образовательные заведения, отличающиеся от остальных, бюрократическими придирками. А уж когда возможность придраться у образовательных чиновников совпадает с желанием силовиков упразднить вольнодумство, тут всё. Пиши пропало. Не сейчас, так завтра.

Источник: Republic.ru

Школа гражданского просвещения может не разделять некоторые взгляды и оценки, высказанные ее экспертами и авторами



нет комментариев




Путь : I-forum / / Борис Грозовский: Почему государственный надзор в образовании надо отменить
Россия, Москва, Старопименовский переулок дом 11 корп. 1, 2-й этаж,
  телефон: +7 (495) 699-01-73
Рейтинг@Mail.ru
er.php'; ?>