Обществу граждан - гражданское просвещение

Вспомнить пароль
Запомнить пароль
  Путь : I-forum / События / События  
12345...18
Иван Курилла. Трансформация Америки: что меняют выборы президента США. Видеодата:14 октября 2020    автор: Курилла Иван

Онлайн-беседа с профессором факультета политических наук Европейского университета в Санкт-Петербурге, американистом, автором книг «Заокеанские партнёры: Америка и Россия в 1830—1850-е годы», «Заклятые друзья. История мнений, фантазий, контактов, взаимо(не)понимания России и США», «Понимая Америку» и других Иваном Куриллой.

Тема беседы: Трансформация Америки: что меняют выборы президента США

Ведущие: Александр и Светлана Шмелевы

Скачать книгу «Понимая Америку» в библиотеке Школы

Включайтесь в беседу в комментариях, а также на канале Школы в Youtube или на странице Школы в facebook.

Чтобы получать рассылку с анонсами онлайн-бесед и дополнительными материалами, пожалуйста, оставьте свою электронную почту по ссылке

Если вы хотите что-либо уточнить, пишите тьютору онлайн-программы Светлане Шмелевой по адресу shmelevalana@yandex.ru.



Подробнее
Мераб Мамардашвили и гражданское общество. Онлайн-беседа с экспертами из России и Беларуси. Видеодата:13 сентября 2020    автор: Редакция сайта editor

Онлайн-беседа на тему "С чего начинается общество граждан?" с российскими и белорусскими экспертами, приуроченная к 90-летию со дня рождения вдохновителя Школы Мераба Мамардашвили и посвященная его докладу "О гражданском обществе"

Эксперты:

Денис Волков, заместитель директора "Левада-центра" (Россия)

Александр Добровольский, директор Восточноевропейской школы политических исследований, советник Светланы Тихановской (Беларусь)

Андрей Колесников, руководитель программы "Российская внутренняя политика и политические институты" Московского Центра Карнеги (Россия)

Максимас Милта, руководитель отдела коммуникации и развития Европейского гуманитарного университета (Беларусь - Литва)

Ведущие: Александр и Светлана Шмелевы

Вступление и заключение: основатели Школы Лена Немировская и Юрий Сенокосов

Чтобы получать рассылку с анонсами онлайн-бесед и дополнительными материалами, пожалуйста, оставьте свою электронную почту по ссылке

Если вы хотите что-либо уточнить, пишите тьютору онлайн-программы Светлане Шмелевой по адресу shmelevalana@yandex.ru.



Подробнее
Мы не против, мы за - репортаж об онлайн-дискуссии с выпускниками Школы из Хабаровского краядата:06 августа 2020    автор: Редакция сайта editor

После ареста хабаровского губернатора Сергея Фургала в крае случился беспрецедентный всплеск гражданской активности. С 11 июля в Хабаровске проходят ежедневные многотысячные акции в поддержку Фургала — наиболее массовыми они становятся по субботам. Хабаровчане требуют вернуть в регион избранного главу края, который сейчас находится в московском СИЗО «Лефортово», и судить его судом присяжных. Все чаще в городе звучат такие понятия, как уважение, справедливость, достоинство, репутация и доверие — люди защищают не столько выдвиженца ЛДПР, которому вменяют причастность к убийствам, сколько свой выбор: на выборах главы края Фургал получил почти 70% голосов. Что говорят выпускники Школы из Хабаровского края о происходящем в их регионе и каким видят выход из сложившейся ситуации?

Происходящее в Хабаровске — это неожиданное или закономерное развитие событий?

Константин Бубон, адвокат: Я еще в декабре 2019 года, писал, что жду от 2020 года политизации общественной жизни города Хабаровска. Другое дело, я не ожидал, что эта политизация будет такой масштабной. Масштаб привел меня в глубочайшее изумление.

Евгений Мотлохов, журналист: В 2018 году никто не предполагал, что на губернаторских выборах может победить кто-то кроме провластного кандидата [главы края в 2009-2018 годах, единоросса Вячеслава] Шпорта. Утром после первого тура, который Фургал выиграл с опережением в 0,2%, все в крае испытали шок. Две недели между турами была атмосфера, похожая на сегодняшнюю: люди — даже те, кто никогда не ходил на выборы — слали друг другу сообщения в вотсапе о том, что будет второй тур, что есть шанс реально повлиять на ситуацию. Фургал в итоге выиграл выборы с результатом 69,6% — и это по всему краю, а в Хабаровске у него было под 80%. То есть 4 из 5 пришедших на выборы проголосовали за него. Сейчас тоже никто не ожидал, что губернатора схватят по дороге на работу и отправят в Москву на суд. Каждое последующее событие не успокаивает людей, а только подливает масла в огонь. Протест не утихает, его ядро растет, а количество выходящих на уличных акции каждую субботу увеличивается кратно.

 

Почему у хабаровского протеста нет лидеров?

Евгения Разлатая, общественный деятель: После ареста Фургала было практически две недели тотального молчания всех, кто представляет интересы граждан. Практически единственной реакцией было выступление председателя Законодательной думы края [Ирины Зикуновой], но и после него мы не увидели большого количества [публичных высказываний в поддержку Фургала]. Только единицы позволили себе высказаться. В итоге край оказался в кризисе доверия к власти и доверия к СМИ, которые также сразу же замолчали, после того как это шоковое событие произошло. Да, конечно, логично было бы если бы у протеста были лидеры, но люди боятся [взять на себя лидерство]. Лидер — это тот человек, который может почувствовать на себе все прелести репрессивной машины, которая уже проявляет себя точечными ударами по протестующим в нашем городе. При этом такого единения общества я не видела уже давно. Абсолютно разные люди выходят в едином порыве — внутри это ощущается как праздник, день города. Люди на площади испытывают гордость, достоинство, самоуважение и каждый считает себя лидером. 

Почему на хабаровских протестах нет провокаторов и криминальных групп, которые могли бы воспользоваться ситуацией?

Константин Бубон, адвокат: Я бы это явление связал с особенностями хабаровского протеста: люди выходят на площадь не как представители аккаунтов в Facebook, а как самостоятельные личности. Если бы туда пошли аккаунты в Facebook, они бы могли вести себя, как некоторые участники Black lives matter в Америке. Но если я знаю, что туда пошел мой родной брат с ребенком, то я, придя туда, буду вести себя определенным образом. Людей на улицы выводят не социальные сети, по крайней мере по большей части, их выводят личные связи и личная репутация других участников протестов. 

Евгения Разлатая, общественный деятель: Мирный протест — принципиальная позиция хабаровчан. Потому что люди выходят с лозунгами "мы заставим себя уважать", а чтобы людей уважали, нужно вести себя так, чтобы не давать никакого повода этого не делать. И раз мы говорим о совести, достоинстве — то это правило, которого придерживаются все. С провокаторами протестующие сами работают, когда видят, что кто-то начинает себя вести ненормально. Глеб Павловский назвал происходящее в Хабаровске «мятежом нормальности» — мы хотим нормальных взаимоотношений власти и общества. 

Как протест в Хабаровске объединил разные социальные группы?

Марина Ильющенко, предприниматель: Я была на нескольких митингах, здесь нет такого, чтоб собрались группкой учителя, группкой предприниматели... Выходят все — выразить солидарность. Я, например, за Фургала не голосовала — из-за партийной принадлежности. Но я за него выходила — потому что нельзя вот так хватать, основываясь на показаниях людей, один из которых ослеп на один глаз, а второй засекречен. Для меня это было последней каплей. И у людей было то же самое: они вышли, потому что так нельзя. Когда [ведущий федерального канала «Россия» Владимир] Соловьев называл протестующих хабаровчан «пьяной поганью», людей еще больше это возмутило. Уверена, что люди будут точно так же приходить и вряд ли будут делиться на сообщества: мы не толпа, мы люди, у которых есть конкретные требования и позиция. 

Софья Епифанова, депутат Законодательной думы края: В Хабаровском крае ограничительные меры [в связи с коронавирусом] продлены до 9 августа, так что экономическую ситуацию сбрасывать со счетов нельзя. Поэтому очень много предпринимателей идут в колоннах. Я бы назвала это еще таким шествием отчаяния, потому что бизнесменам сейчас приходится совсем несладко. Они идут [на акции] — в том числе от невозможности сделать что-то еще, кроме как заявить о том, что это все уже надоело.

Почему полиция не переходит к жестким задержаниям?

Софья Епифанова, депутат Законодательной думы края: Не знаю, что нас спасает, может, географическая отдаленность. А может, действительно, интересно посмотреть что будет дальше, и на нас отрабатываются другие технологии взаимодействия с зарождающимся гражданским обществом, которое так цивилизованно заявляет о своем протесте.

Евгений Мотлохов, журналист: Во-первых, выходит очень много народу. Я слышал, что есть условная «норма»: чтобы задерживать участников акций, на каждого протестующего должно быть по четыре росгвардейца. Но если собрать всю Росгвардию со всей Сибири и Дальнего Востока, ее все равно не хватит, чтобы разогнать такое количество людей. Во-вторых, единично выхватывать самых активных уже начали: арестовали водителя «фургаломобиля», задержали парня, который на всех акциях ходил с мегафоном и был заводилой. К сожалению, сейчас в будние дни протест стал стихать, и на одной из последних акций колонну протестующих стал сопровождал автомобиль ДПС, который спецсигналами заглушал кричалки. Я думаю, у власти нет опыта подавления столь массового протеста, и на Хабаровске она пытается экспериментировать — методом проб и ошибок.

Константин Бубон, адвокат: Мне кажется, ситуация держится не столько на моральном выборе силовиков, сколько на политико-психологическом моменте: власть не готова к жесткому противостоянию со своей же собственной концепцией “народа”. А хабаровских протестующих власть воспринимает как настоящий “глубинный народ”. Наш врио [губернатора Михаил Дегтярев] заявил, что на площади был мужик с топором. У них архетипическое прет из подкорки: там мужик с топором стоит, ну какая против него может выйти Росгвардия?!

Как в регионе относятся к федеральному центру, есть ли сепаратистские настроения?

Софья Епифанова, депутат Законодательной думы края: Треть ипотек на Дальнем Востоке касается жилья, покупаемой в западной части россии. Отделяться от того, куда ты вкладываешь заработанные деньги, наверное, никто не захочет.

Евгения Разлатая, общественный деятель: Массовых сепаратистских настроений нет: все адекватно понимают, что это не очень удачный путь. Есть недовольство в распределении [ресурсов между центром и регионом], это одна из ключевых тем этих протестов в том числе, но сепаратистских настроений нет.

Александр Колбин, фотограф: На одной из акций я видел мужчину, который начал говорить про отделение, его сразу же завернули и сказали, что это провокатор. Не думаю, что он на самом деле был провокатором, но люди воспринимают такие разговоры как провокацию.

Что дальше?

Софья Епифанова, депутат Законодательной думы края: У нас осенью выборы в нескольких районах, там все может пойти совсем не так как планировалось. Представляете: шахматная доска, на которой вся партия сметена, и тебе нужно заново расставлять все эти фигуры. Все не закончится выборами 2021 года.

Евгения Разлатая, общественный деятель: Диалог между властью и обществом без крайних мер был бы на сегодняшний день серьезной победой.

Константин Бубон, адвокат: Элита показала свою дисфункциональность и обнулилась. Есть сырая политическая энергия, есть требования людей. Но от этих людей мы не имеем морального права требовать, чтобы они были умнее, чем новый врио. Если мы требуем от людей на площади, чтобы они коллективно были умнее, чем вр.и.о. губернатора, то зачем нам тогда прислали этого вр.и.о.? Детальная проработка политических требований зависит от того, насколько наша краевая политическая элита на сегодняшний день созрела для разработки политической сырой руды. Если она не созрела, все будет очень грустно, пожелания людей останутся невостребованными и просто пропадут. Опасность не в том, что люди по площади ходят, а в том, что их политическая воля не найдет адекватного выражения.

Евгений Мотлохов, журналист: В сентябре будут выборы во многих регионах России. Очень интересными будут выборы губернатора Архангельской области, поскольку там очень сильны протестные настроения. В Хабаровске много обсуждают Шиес, массовый протест, который продолжался долго, но привел к результату. Хабаровск — пример российским провинциальным городам, что если вам что-то не нравится, вы можете прийти и заявить об этом публично, и если вас будет много — никто вас не разгонит. И из этого примера, думаю могут быть какие-то более глубокие последствия для российского режима.

Марина Ильющенко, предприниматель: Я вижу три варианта развития событий: либо протест погаснет [сам собой], либо будет инициатива от врио начать диалог (а не продолжать своими высказываниями как керосином тушить пожар), либо будет силовое решение. Какой из вариантов сработает, я не знаю, но будем надеяться, что все-таки мирный. В целом нужен диалог между обществом и властью. Власти пора задуматься о том, чтобы ослабить централизацию и выстраивать какие-то горизонтальные связи. Хотелось бы также, чтобы политические партии наконец занялись политикой и сделали какие-то выводы. Без политических партий мы не обойдемся, они нужны, но нужно чтобы они действительно занимались политикой с учетом мнения из регионов.

Александр Колбин, фотограф: [Хорошо, когда люди знают:] если что-то случилось, надо выйти на главную площадь. Обсудить [произошедшее] или хотя бы своим приходом показать, что тебя это волнует. Когда у большинства людей будет понимание, что если есть опасность, с ней нужно разбираться, а не подменять ощущением, что это не опасность, тогда процессы будут двигаться в нужном направлении. 

 

Записала Наталья Корченкова

Смотреть разговор с хабаровчанами целиком



Подробнее
Антропология эпидемии: встреча выпускников в прямом эфире. Видеодата:19 июня 2020    автор: Редакция сайта editor

Онлайн-дискуссия "Антропология эпидемии".

Участники:

Евгений Дрогов (Россия, Киров), директор издательства "О-краткое";

Марина Гурьева (Россия, Сочи), сооснователь и директор блокчейн-фонда СyberFund;

Игорь Исаев (Польша, Варшава), главный редактор украинского портала в Польше;

Вячеслав Иванец (Россия, Иркутская область), адвокат Ангарской коллегии адвокатов;

Игорь Князев (Россия, Московская область), епископ - викарий Карельской Евангелическо Лютеранской Церкви, руководитель христианского пансионата по уходу за больными и престарелыми;

Андрей Круглашов (Украина, Киев), советник Миссии Красного креста в Украине;

Алексей Кулеш (Россия, Красноярский край), заместитель председателя Законодательного собрания Красноярского края;

Эльмира Ногойбаева (Кыргызстан, Бишкек), основатель и руководитель Академии гражданского просвещения;

Евгения Сайко (Германия, Берлин), основатель проекта ДемоСлэм

Юрий Сенокосов (Латвия, Рига), философ, сооснователь Школы гражданского просвещения

Артем Торчинский (Россия, Московская область), менеджер проектов Фонда борьбы с коррупцией;

Алиса Шишкина (Россия, Москва), преподаватель Высшей школы экономики;

Светлана Шмелева (Россия, Москва), гражданский активист;

Илья Шуманов (Россия, Калининград), заместитель директора Трансперенси Интернейшнл-Россия;

Идрис Юсупов (Россия, Дагестан), корреспондент социо-политического еженедельника "Новое дело"

Модераторы:

Борис Грозовский, обозреватель, автор Телеграм-канала EventsAndTexts;

Александр Шмелев, политический обозреватель

Чтобы получать рассылку с анонсами онлайн-бесед и дополнительными материалами, пожалуйста, оставьте свою электронную почту по ссылке

Если вы хотите что-либо уточнить, пишите тьютору онлайн-программы Светлане Шмелевой по адресу shmelevalana@yandex.ru.



Подробнее
На пороге нового правового пространства. Онлайн-беседа с Альваро Хиль-Роблесом. Видеодата:29 мая 2020    автор: Редакция сайта editor

Онлайн-беседа с испанским юристом и правозащитником, автором закона об Омбудсмене Испании, уполномоченным по правам человека Испании в 1987-1993 гг., первым комиссаром по правам человека Совета Европы (в 1999-2006 гг.) Альваро Хиль-Роблесом.

Тема беседы: На пороге нового правового пространства?

Ведущие: Александр и Светлана Шмелевы

Включайтесь в беседу в комментариях, а также на канале Школы в Youtube, на странице Школы в facebook, или на сайте нашего информационныго партнера 7x7 - Горизонтальная Россия.

Чтобы получать рассылку с анонсами онлайн-бесед и дополнительными материалами, пожалуйста, оставьте свою электронную почту по ссылке

Если вы хотите что-либо уточнить, пишите тьютору онлайн-программы Светлане Шмелевой по адресу shmelevalana@yandex.ru.



Подробнее
Тактика ненасильственного сопротивления может оказаться очень перспективной. Репортаж о беседе с Ириной Прохоровойдата:29 мая 2020    автор: Прохорова Ирина Дмитриевна

Как пандемия повлияет на российское гражданское общество? Какие идеи смогут его объединить? И готово ли к изменениям само общество? Об этом рассуждает глава издательского дома «Новое литературное обозрение», литературовед Ирина Прохорова.

Без революции в сфере человеческого сознания ничего не изменится к лучшему

Ненависть к харизматическим лидерам — результат Второй мировой войны, когда именно харизматики довели человечество до бойни. Сейчас прошло много десятилетий, и выросло новое поколение людей, у которых нет воспоминаний о войне. Выясняется, что людям трудно жить без харизматичных лидеров. Брекзит и подобные ему явления — результат недовольства прагматиками, бесцветными лидерами. У меня есть ощущение, что и в России есть запрос на фигуры, которые символизировали бы близкие людям системы ценностей.

На горизонте сейчас нет новых лидеров, не только политических, но и просто лидеров общественного мнения. Есть Навальный, но, при всем к нему уважении, один человек — это недостаточно. Политическая жизнь вошла в столь узкое русло, что людям негде себя проявить. Но в советское время уж точно никакой политической жизни не было, даже в зачатке, а в 1970-80-х годах возник целый ряд ярких людей, которые действительно были лидерами общественного мнения, носителями новых идей и новых смыслов. Это сильно повлияло на все последующие события. 

Здесь показательна фигура Вацлава Гавела — это совсем другой тип политика, от которого мы отвыкли. Обычно лидер массовых протестов — это все-таки военизированная фигура, харизматичный мощный лидер, если не мужчина, то дева-воительница. Гавел же представлял собой тип уникального политика, человека другого уровня: интеллектуал, интеллигент, проповедник принципов милосердия и отрицания насилия как такового — как способа управления и как вообще способа жизни. 

«Поддерживать правительство — это само по себе настолько же беззубая и негативная программа, как и быть против него. Мы должны не отвечать на вопросы, которые нам задают политики, а задавать им свои и принуждать их к ответу», — говорил Гавел после подавления «Пражской весны». Он предлагал не реагировать на решения властей, а создавать свою повестку дня, перпендикулярную политическому дискурсу, и навязывать ее. Только таким образом, по его мнению, и можно создавать новые идеи, новые смыслы и новый социальный тренд, который впоследствии становится мейнстримом и мощным способом изменения общества. 

В феврале 1990 года, выступая в Конгрессе США, Гавел говорил об ответственности интеллектуалов за судьбу современного мира. По его словам, страны, пережившие тоталитарные режимы, перенесли страшный опыт и понесли колоссальные потери. Но вместе с тем они приобрели «особую способность заглянуть немного дальше, чем могут заглянуть те, кто этого горького опыта не претерпел». «Специфический опыт, о котором я говорю, дал мне, кроме всего прочего, одну большую уверенность: сознание определяет бытие, а вовсе не наоборот, как это утверждает марксизм, — говорил Гавел. — Поэтому спасение этого человеческого мира не лежит нигде, кроме как в человеческом сердце, человеческом разуме, человеческой кротости и человеческой ответственности. Без глобальной революции в сфере человеческого сознания ничего не изменится к лучшему и в сфере человеческого бытия, и путь этого мира к катастрофе экологической, социальной, демографической или цивилизационной будет необратим». По мнению Гавела, интеллектуалы не могут избегать своей ответственности за мир и прикрывать свою нелюбовь к политике мнимой потребностью быть независимым. Он подводит к тому, что невероятно мощным фундаментом для новых идей и социальных движений может быть идея милосердия, идея отрицания насилия. 

Люди, которые отрицают насилие — ахиллесова пята авторитарных режимов

Все советское время самую большую опасность для режима странным образом представляли именно идеи ненасильственного сопротивления. В этом смысле очень показательно, как Ленин критиковал Толстого, издеваясь над его идеей непротивления злу насилием: якобы, подставляя вторую щеку, вы ничего не добьетесь, нужна настоящая революционная борьба. На самом деле Толстой совершенно не собирался подставлять вторую щеку, он просто говорил, что отвечая насилием, той же самой тактикой, вы продолжаете круговорот насилия, и не достигаете цели, потому что перестаете отличаться от тех, с кем боретесь. 

Убежденность, что насилием можно чего-то достигать, роднит нас с нынешней системой управления. Советские правозащитники прямо говорили о том же, о чем говорил Гавел: именно сознание, изменение правовой культуры и порога терпимости — самое главное. Если общество перестает терпеть какие-то вещи и считать их нормой, ни один правитель не может с этим бороться, потому что всё, это переход общества на другой уровень. 

Теория ненасильственного сопротивления была осмеяна авторитарными режимами. Потому что самая жестокая власть не знает, как работать с мирным сопротивлением. Она хватает мирных демонстрантов, пытается приписать им экстремизм, потому что в ее систему координат идея гуманности никак не входит. Невозможно этих людей вписать в привычный круг понятий, а искусственно их затягивать на эту территорию не очень получается. Люди, которые отрицают насилие — ахиллесова пята авторитарных режимов. Белые ленточки подменить георгиевскими, конечно, можно, но идеи гуманности и ценности человеческой жизни невозможно перехватить государством такого типа. А если оно их перехватывает, оно перестает быть государством насилия. 

Общество и посттравматический синдром

Я наблюдаю за процессом эволюции общества очень давно, с конца 1980-х, и мне кажется, что общество давно готово [к большей осознанности, гуманности и ответственности], оно даже в каком-то смысле перезрело. А вот интеллектуальная рефлексия и символическая легитимация этого процесса запаздывает. Люди наощупь идут в эту сторону, но не получают фидбека, что идут в правильном направлении. 

Егор Жуков в суде произнес речь о любви, сострадании и взаимопомощи. Если молодой просвещенный человек увидел гуманизацию как нарастающий социальный тренд, мы как интеллектуалы обязаны с этим серьезно поработать, осмыслить и оформить этот тренд. 

То, что наша власть недееспособна, мы знали и до пандемии. Еще тогда по каким-то отдельным, казавшимся маргинальными явлениям, мне казалось, можно было видеть, как общество самоорганизуется. И посмотрите на невероятную активность общества сейчас: от 98-летней фронтовички, которая собрала миллионы рублей для врачей, до мирового культурного сообщества, которое выкладывает все свои сокровища бесплатно в интернет. Люди невероятно изменились, даже не сознавая этого. Ведь ничего подобного не было ни в 80-е, ни в 90-е годы, и не потому что денег не было у людей, у нас не было денег никогда. 

Важно еще и то, что люди, которые работают в НКО или поддерживают социальные проекты — это люди очень разных политических взглядов. Но именно здесь у них нет противоречий. Выясняется, что если человеческая жизнь становится главной ценностью, этической базой, то политические пристрастия чуть-чуть отходят на второй план. 

Мы не знаем, чем закончится пандемия и не застрахованы ни от чего. Конечно, усилится неравенство. Но что в итоге перевесит: огромная волна ненависти или все-таки общество настолько изменилось, что посттравматический синдром перейдет в более созидательное русло? Если не будет привычного милитаристского дискурса сейчас — то это уже великий прогресс и победа гуманистического начала. 

Записала Наталья Корченкова



Подробнее
12345...18
Путь : I-forum / События / События
Россия, Москва, Старопименовский переулок дом 11 корп. 1, 2-й этаж,
  телефон: +7 (495) 699-01-73
Рейтинг@Mail.ru